20 лет назад я впервые встретился с Майклом Муром в мичиганском Анн-Арборе, когда он показывал еще не оконченный документальный фильм небольшой аудитории в несколько десятков человек. Фильм был довольно смешной, злободневный, с мощным посылом. Мур тогда вторично заложил свой дом: аппаратура была такая дорогая, что ему пришлось еще и занять денег у местных единомышленников. Нам всем нравились его работы, но нам хотелось и того, чтобы их увидели тысячи зрителей.

Арнольд Шварценеггер в свое время предложил свое объяснение успеха эпопеи о Терминаторе. По мнению «железного Арни», страх перед восстанием машин понятен любому человеку, в какой бы стране он ни жил. Впрочем, трудно представить себе жителя африканской деревни, который просыпается в холодном поту от ужаса, что скоро восставшие машины будут править миром.

История с оглаской браконьерских охот российских vip-чиновников имела неожиданное продолжение. Летом этого года Госдума РФ рассмотрела проект Федерального закона «Об охоте, сохранении охотничьих ресурсов и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», более известный как Закон об охоте. Наряду с положениями, интересными только самим охотникам и решающим чисто технические детали, в нем содержится и ряд примечательных положений, наверняка любопытных широкой общественности. Так, согласно этому законопроекту, дозволяется охота на «краснокнижных» и беременных животных, а также охота в национальных парках. Подробно регламентируется и аренда охотничьих угодий, что уже было воспринято экологами как попытка вернуть барские забавы XIX века в современную российскую действительность.