Каким же суровым был политический «ледниковый период» в России, если гражданское пробуждение, вызванное недовольством итогами выборов в парламенты, некоторые из нас воспринимают едва ли не как революционный подъём масс! Но если то, что случилось в декабре в России, называть революционным подъёмом, то тогда как понимать то, что происходит в Греции или Италии? На самом деле мы просто возвращаемся к нормальной политической жизни с относительно массовыми митингами и демонстрациями.
Как известно, человеческая память избирательна. Считается, что большинство людей на уровне подсознания запоминают прежде всего какие-то положительные моменты как своей, так и общественной жизни. Однако эта особенность сознания отдельного индивидуума периодически вступает в противоречие с теми задачами, которые ставит перед собой правящий класс того или иного общества. Правящий класс любого более менее развитого общества всегда нуждался в подданных, которые бы принимали существующую действительность если не как благо, то хотя бы как естественное состояние общества.
2011 год оказался куда богаче на крупные события, чем предыдущий. Многие журналисты уже воспринимают его как «год великих потрясений». Впрочем, так ли уж велики последствия этих общественных катаклизмов и не запомнится ли он в итоге как год великих иллюзий? Попробуем разобраться, поводя итоги для России.
Разговор об истории – прерогатива классического искусства. Современное больше занято тем, что происходит здесь и сейчасв. Однако в 2011 году – юбилейном по отношению к распаду Советского Союза – было столько разговоров о событиях двадцатилетней давности, что они практически вошли в нашу повседневность. Тем более, память – это все-таки не история. Память – это именно элемент каждодневной жизни, быта. Проходящая с 19 января по 2 февраля, в Москве в Центре дизайна ARTPLAY выставка «Memory Art | Искусство памяти 19/91» – это не просто художественное событие, но и повод задуматься о том, что эта самая разделительная черта – слэш открыла для нас, а что забрала навсегда.
Дункан Джонс – сын Дэвида Боуи и режиссер, способный в XXI веке сказать своими фильмами некое новое слово в жанре кинофантастики. Пока на его счету всего две картины «Луна 2112» (Moon, 2009) и «Исходный код» (Source Code, 2011), но обе они, помимо нетривиального и увлекательного сюжета и даже оригинального киноязыка, отличаются от популярных образцов жанра не только социальным (что, в общем, не редкость), но и экзистенциальным подтекстом.
2011 год был великим годом мирового политического кризиса, запустившего революционные процессы. Он начался восстаниями в Арабских странах, а заканчивается массовым протестом в России. Мы живем уже в другой реальности, по другим правилам, чем раньше. Новая русская революция началась.
После майских событий в Тбилиси, о которых мы писали в статье «Уроки неосуществлённой революции», прошло почти полгода. Как и ожидалось, далёкие от реального видения, непродуманные действия оппозиционных политиков, возглавивших ту акцию, сыграли на руку власть предержащим. Политический пессимизм большинства населения ещё более возрос. Вера в то, что в ближайшие годы найдётся сила, способная взять вверх над Националами, стала ещё призрачней.