Американо-британский фильм «Шаровая молния» (2018 г), снят режиссером Жозе Падиль об операции израильских командос в Энтебе — столице Уганды. В основу сюжета положены реальные события, произошедшие в 1976 году.
Всё началось с того, что боевики, среди которых было двое немцев — леваков из организации RZ (Revolutionäre Zellen — Революционные ячейки) и несколько палестинцев из Народного фронта освобождения Палестины (НФОП), захватили французский самолет, летевший в Израиль, посадили его в Уганде, где их принял местный диктатор Иди Амин, и стали требовать обмена заложников на заключенных боевиков.
Они угрожали убить сотни безоружных людей, включая детей, в случае, если не будут освобождены боевики из близких движений, находящиеся в тюрьмах Израиля и Германии. В ходе акции они отделили заложников евреев от неевреев. Неевреев скоро отпустили, евреев же оставили для бойни, на случай, если Германия и Израиль не выполнят требования. Правда, Клаус Фиман, бывший активист RZ, утверждает, что делили не по нацпризнаку, а по паспортам (на израильтян и неизраильтян), но как гласит знаменитая еврейская поговрка, “гусю все равно, зарежут его на Пурим или на Пасху”.
Израильский десант, высадившийся в Энтебе, уничтожил боевиков (и 40-50 помогавших им угандийских военных) и спас 102 заложника. Эта операция стала величайшим пропагандистским триумфом Израиля за все время его существования. И дело не только в яркой военной акции за 4 тысячи километров от Израиля. Правда-справедливость была в этот раз скорее на стороне Израиля, ибо его войска спасали заложников, тогда как оппоненты израильтян взяли в заложники безоружных людей.
Гибель командира израильских коммандос, Йонатана Нетаньяху (да, он — брат нынешнего премьер-министра Израиля) придала трагический аспект этому событию, как и лаконичный (Израиль в то время называли Спартой Ближнего Востока и сравнение корректно, об этом ниже) комментарий его заместителя: “Первый шел, первый пал”.
Надо заметить, что тема раскрыта в фильме (хотя почему-то фраза в фильм не попала), как, впрочем, и мотивы немцев, и палестинцев. Как я уже сказал, правда-справедливость на сей раз была на стороне Израиля… или не совсем так?
Миллионы палестинцев в лагерях беженцев, куда их выгнали сионисты, семья палестинского боевика, убитая израильскими военными, растерзанная в тюрьме демократичной ФРГ Ульрика Майнхоф (она была убита без суда, что подтверждают показания бывшей заключенной Биргит Хогефельд) — на сей раз все попало в сюжет фильма.
Это не оправдывает боевиков, собиравшихся устроить мини-Холокост, но накладывает вину на руководство Израиля, в том числе за случившееся в Энтебе. Оно, подобно спартанцам, поработило целый народ, превратило палестинцев в своих рабов-илотов, заставив за гроши работать на фабриках и стройках без человеческих и трудовых прав, убивая и арестовывая любого несогласного палестинца.
Некоторые заложники высказывались о немце хорошо. Он с ними разговаривал, старался донести до них свою позицию, обращался мягко. Немка была истеричной фурией. Истерические крики и приказы на немецком языке вместе с процессом фильтрации произвели на заложников-евреев неизгладимое впечатление.
Акция была проведена вместе с палестинцами немецкой группой RZ (Революционные ячейки) после ее раскола. Поэтому нельзя винить в случившемся всю организацию.
Раскол был на национально-освободительное и социал-революционное крыло. Участвовали в захвате люди из национально-освободительного крыла.
Социал-революционное крыло акцию не поддержало, воспринимая себя как секретную вооруженную часть немецких социально-экологических и гражданских инициатив 70-х гг. Израиль они тоже не любили, но считали, что не дело немецких революционеров угонять самолеты с евреями, а следует заниматься радикализацией социальных инициатив в самой Германии. Представители социал-революционного крыла RZ работали в гражданских инициативах тайно, т.е. они вели открытую общественную работу, не афишируя свою принадлежность к секретной организации. При этом они старались превратить самоуправляющиеся социальные экологические движения немцев против строительства АЭС в более боевые. Одновременно, грабили немецкие банки, чтобы финансировать социальные протесты.
Эти экспроприации проводились в тайне от товарищей по гражданским инициативам и были почти самоубийственными. Клаус Фимен вспоминал, что согласно этике RZ они не имели права убивать за деньги, поэтому могли применить оружие лишь для устрашения служащих банков, охранников и полицейских (но те об этом не знали). Если бы полицейские или охранники открыли огонь, боевики RZ погибли бы на месте. Но обычно никто не оказывал сопротивления.
Некоторые считают социально-революционное течение RZ анархистским, но это не вполне ясно, хотя не исключено, что они испытывали какое-то влияние анархизма. К захвату самолета эта группа отношения не имела.
История RZ в фильм не попала. И все же, кинолента дает представление об участниках этих событий более или менее близкое к реальности. Заслуга режиссера в том, что ему удалось показать многомерную реальность, указав на корни проблемы — бедственное существование миллионов палестинских беженцев и жителей оккупированных Израилем территорий. Это не оправдывает захваты заложников, но заставляет более объективно взглянуть на ситуацию.
Автор: Михаил Магид
