Елена Андреевна. А хорошая сегодня погода… Не жарко…
Пауза
Войницкий. В такую погоду хорошо повеситься…
(А.П.Чехов, «Дядя Ваня»)
«Платформа», удивляющая своих зрителей синтетическими спектаклями, визуальными эффектами, злободневной проблематикой, на этот раз отказалась от временных рамок, пространственных координат и сложных технологий. Поэт и музыкант Алексей Паперный поставил свою новую пьесу «Август», в которой люди остаются, прежде всего, людьми, а не элементами социальных отношений. И каждая история, вплетающаяся в сюжет спектакля, не поясняет главную историю, а расширяет её и становится самостоятельным рассказом.
Сценография спектакля, созданная Наной Абдрашитовой, как раз помогает растворить границы между действиями. Есть только маленький белый павильон, который служит и квартирой, и больничной палатой, и дачным домиком. Шарфики главной героини В (Варя Турова) с легкостью превращаются в белье, забытое соседом на веревке. А в воспоминаниях А (Михаил Горский) эти шарфики становятся неважными, сохраняются лишь улыбки, жесты, слова любимого человека. И первая сцена проигрывается заново, только уже с воображаемыми шарфами.
Как удержать мгновение, которое всегда ускользает? Любящий отец (Андрей Кочетков), стремящийся сделать из своего юного сына (Алексей Посикера) виртуоза-музыканта, советует тренировать память. Запоминать как можно больше деталей, фраз и чувств. Записал на диктофон, выучил и рассказал. Но можно ли таким образом запомнить чувства? И от этого в загромождении деталей самым живым моментом в рассказе ребенка является описание узора решетки. Повторяющиеся спирали, которые выводит рука мальчика в воздухе снова и снова.
Хотя в спектакле нет четких связей между отдельными историями, они складываются как паззлы в мозаике, и потеря одного элемента означала бы потерю общего смысла. В калаханской степи проводит годы не только отец мальчика, но и бабушка героини В. А потом они также неожиданно возвращаются. Бабушка не может прожить без дедушки ни дня. А сын, нелепый менеджер в ресторане, неудачник-музыкант, уже не раздражает отца.
Что происходит с людьми в калаханской степи? Мы этого не узнаем, как и не узнаем, отчего герой А прыгает с Литейного моста, а затем сбегает из больницы в одних трусах. История кажется невозможной, так как слишком много неожиданных встреч и невероятных совпадений. И воры в ней, оказывающиеся весьма добродушными, с радостью готовы поделиться наворованной одеждой.
Фото: Нина Сизова. / platformaproject.ru
Но в «Августе» Паперного есть искренность, от этого во время спектакля хочется всему верить. Верить в необъяснимое провидение, которое каким-то образом упорядочивает случайности в «реке» жизни. В повествовании есть знакомые чеховские мотивы, когда самое главное происходит в моменты пауз, скрывается за незначительными событиями. Музыкальные номера не превращают спектакль в музыкально-поэтический вечер, а становятся полноправными частями общего замысла.
В современной драматургии принято говорить о прозе жизни, однако Паперный и в жизни находит поэзию. В грузинском кафе Гии Зурабовича (Теймураз Васадзе) от холодной и ветреной ночи спасаются и сбежавший больной, и одинокая девушка, и сострадательные воры. Безумное танго проносится в воспоминаниях героя А. Близость счастье и невозможность его удержать — об этом опера Гии Зурабовича, написавшего ее в свободное от работы время. Об этом и спектакль «Август». «Я не знаю, зачем я это сочинил… просто захотелось», — говорит в пьесе повар. Паперный также мог бы сказать о своем спектакле. Однако это желание передать жизнь нежно, тонко встречается очень редко. Поэтому «Август» надолго сохраняется в памяти, а будничная жизнь наполняется поэзией.
Фото: Нина Сизова. / platformaproject.ru
