Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес первое решение по жалобе о милицейских пытках в Оренбургской области, сообщает пресс-служба НКО «Комитет против пыток».
Как сказано в сообщении, поздним вечером 16 апреля 2001 года Алексей Дмитрачков, житель города Бузулук (Оренбургская область), по подозрению в грабеже был задержан у себя дома. Его поместили в изолятор при бузулукском отделении милиции. В ответ на его просьбы о предоставлении ему юридической помощи он был избит сотрудниками милиции. Спустя два дня Алексея осмотрел врач. Согласно заключению эксперта, у него были выявлены телесные повреждения.
В ходе разбирательств в Европейском суде, власти России оказались не в состоянии удовлетворительно доказать, что телесные повреждения заявителя были причинены не представителями государства. Поэтому Страсбургский суд пришел к выводу, что к Дмитрачкову было применено бесчеловечное обращение в нарушение Европейской Конвенции о защите прав человека.
Также суд отметил, что в ходе расследования жалоб Алексея имел место выборочный и непоследовательный подход к оценке доказательств следственными органами. Как указали европейские судьи, органы прокуратуры не сочли показания заявителя достоверными, так как последние отражали избранную заявителем обвинительную тактику. Однако при этом следователь счел достоверными показания сотрудников милиции, несмотря на то, что их показания в свою очередь могли отражать их тактику защиты. По мнению суда, в ходе прокурорского расследования к оценке показаний применялись «двойные» стандарты. Кроме того, суд счел поразительным тот факт, что следователь вообще не выявил свидетелей, не являющихся сотрудниками правоохранительных органов. Помимо этого, европейские судьи осудили тот факт, что прокурор передал жалобу Дмитрачкова в местное отделение милиции, то есть в тот государственный орган, чьи сотрудники как раз и были предположительно причастны к событиям, которые предстояло расследовать. С учетом этих фактов суд признал, что прокурорское расследование было неадекватным, что повлекло отдельное нарушение Россией Конвенции. На этом основании Европейский суд присудил заявителю компенсацию морального вреда в размере 12 000 евро.
