Россия отмечает пятнадцатую годовщину «Черного Октября» 1993 года, а в это время Украина будто подошла к собственному президентско-парламентскому противостоянию по образцу тогдашних российских событий. На День независимости, который отмечается в конце августа, президент Ющенко устроил образцово-показательное бряцание оружием: военный парад украинской армии. Никаких поводов к этому, казалось бы, не было: и дата не круглая, и уркинская армия – уж точно не то, что стоит выставлять напоказ, и центральные улицы Киева не подходят для движения тяжелой бронетехники. Но не ищите причин, которые показались бы вам разумными. Президенту просто нужно было подать сигнал: если что, я готов и на «силовой вариант».
Однако при определенном сходстве ситуации 2008 года в Украине и 1993 года в России все-таки различны. Ельцин 1993 года – это программа обвальной приватизации, тотальной либерализации и прочих сопряженных с этим прелестей, с которыми у граждан России ассоциируются 90-е годы. Оппозиционная Ельцину «Партия Верховного Совета», объединявшая трудносовместимые политические силы – от коммунистов до монархистов, выступала тормозом этого процесса. У нее не было альтернативной программы ельцинскому «строительству капитализма», она лишь стремилась сделать сам процесс более продолжительным и менее болезненным.
В Украине процессы, которые прошли в РФ во времена Ельцина, уже завершены. И противостояние разворачивается уже вокруг того, кто же станет украинским Путиным. И, как это ни парадоксально, вероятнее всего, что им станет кто-то из фигурантов «оранжевой революции», которая, как принято считать, «предотвратила» в Украине «путинский вариант».
Действительная разница между Ельциным и Путиным вовсе не в том, что первый демократ, а второй – нет, и не в том, что Путин – патриот и государственник, а Ельцин – наоборот. Просто история капиталистической реставрации поставила перед ними разные задачи: первый доламывал советскую систему и формировал класс крупных собственников, а второму выпало консолидировать этот класс, устанавливать «правила игры» и утверждать права этого класса на долю от всемирного империалистического пирога.
Но вот «путинский этап» в Украине имеет свою специфику. Класс консолидировать надо – это понимают все. Обычно выражается это в стенаниях о том, что политики должны «договориться» (но вот слово «порядок» произносится куда реже, что не может не радовать; хорошо известно, что такое порядок по-капиталистически – диктатура).
Однако консолидации класса мешает объективное положение Украины в мировой системе капитализма. Она зажата между двумя крупными центрами концентрации капитала: Евросоюзом и Россией, да к тому же, как и другие страны Восточной Европы, находится в фокусе империалистической геополитики США. Конечно, внешнему влиянию подвержены в той или иной степени все страны глобализированного мира. Но Украина, во-первых, относится не к «центру», а «периферии» капиталистической миросистемы, то есть изначально «несамостоятельна». А во-вторых, сам правящий класс страны расколот, так сказать, по «геополитическому» признаку.
Конечно, существует этот раскол вовсе не потому, что одни капиталисты говорят по-украински, а другие – по-русски, или что у одних дедушка воевал в Красной Армии, а у других – в бандеровской УПА. Просто одни капиталисты продают в Украине товары из Евросоюза или зависят от дешевого кредита евробанков, а другие, наоборот – от дешевых энергопоставок из России или продают свой товар на просторах СНГ.
Естественно, что в век пиара никто вам открыто не скажет: я хочу получать дешевые финансы из Европы, поэтому давайте держать курс на НАТО и Евросоюз, так больше вырастут мои прибыли. Такая политика будет обставляться фразами о «европейском выборе» и «демократических ценностях». Противоположная же политика – о «единстве славян» и «исторической связи с Россией».
Вокруг какой группы капитала организовывать единство класса? Какого лидера выдвигать на «должность» украинского «Путина»? Такие сложные вопросы стоят перед украинскими «элитами». Вокруг них ведется борьба, в которой все отчетливее слышен лязг бронетехники.
Пойдут ли эти группы на силовой вариант, повторят ли «подвиги» Ельцина 1993 года? Ответить однозначно: «да» или «нет» сейчас сложно – ведь определяющим фактором будет даже не обстановка внутри страны, а развертывание мирового экономического кризиса, который очень больно ударит по выросшей в 2000-е годы украинской экономике.
Пока обстановка позволяет политикам вяло переругиваться, танки остаются фоном «демократической» политической борьбы. Но как только придет время спасать капиталы, танки станут главным аргументом. И глупо надеяться на разум и милосердие тех, кто больше десяти лет грабит и обманывает украинский народ. Они не остановятся ни перед чем – и вполне возможно, что московский 1993 год покажется цветочками по сравнению с будущей вспышкой гражданской войны.
