Игорь Петрыгин-Родионов © russianposter.ucoz.com
Великий пролетарский поэт Владимир Маяковский в самый разгар классовых битв своей известной строкой потребовал, «чтобы к штыку приравняли перо…» Сказано было поэтически образно, может, чуть заостренно с точки зрения тонких эстетов, всегда имеющих своё представление о специфике и предназначении искусства, но по сути своей верно. Аргументами в извечном классовом споре могут быть не только слова, но и изображения, видеоряд, песни — словом, всё, что относится к деликатной сфере художественного творчества, которую далеко не всегда можно оценить при помощи обычных критериев политической целесообразности. На мой взгляд, то, что делает питерский художник Игорь Геннадьевич Петрыгин-Родионов, с полным на то основанием может быть приравнено к «боевому оружию сатиры». Оружию, направленному в интересах истины и справедливости. Оружию, стреляющему по власть и деньги имущим, по культивируемым им мифам и предрассудкам. Оружию, эффективному по своему воздействию на зрителей и внешне эффектному по применяемым автором приемам. Оружию, продолжающему в наше время и иными техническими средствами лучшие традиции русского революционного плаката.
В своем деле 53-летний член Союза художников России отнюдь не новичок. Как рассказал в интервью интернет-порталу «Около» сам Игорь Геннадьевич, политическому плакату он посвятил уже три десятилетия своей творческой жизни: «Ещё будучи студентом ЛВХПУ им. В.И. Мухиной, я участвовал в различных международных конкурсах плаката, проводимых в советское время, как правило, всесоюзным монстром с великим и ужасным названием «Издательство ЦК КПСС „Плакат“», где, несмотря на идеологические рамки, работали немногочисленные, но настоящие профессионалы и умницы. В романтические времена перестройки, когда искались новые, адекватные времени формы политической рекламы, востребованной стала школа ленинградского плаката, всегда отличавшаяся культурой лаконичности знаковой графической системы и образностью шрифтового решения. В это время, помимо отдельных работ, я сделал достаточно авангардную серию плакатов к выборам на Первый съезд народных депутатов СССР и ставшему последним в истории съезду КПСС, за что получил серебряную медаль лауреата ВДНХ СССР». С тех пор художник регулярно выставляется: его политические плакаты можно было увидеть на персональной выставке в Санкт-Петербургском Союзе художников в 2009 году, в Центральном выставочном зале «Манеж», на персональном вернисаже в Кронштадте.
Но главное даже не признание зрителей, с благодарностью оставляющих многочисленные восхищенные отзывы после посещения «красного вернисажа» Игоря Петрыгина-Родионова, а то редкое для нынешних живописцев обстоятельство, что профессиональные плакаты Игоря Геннадьевича были и есть — сам тому свидетель! — активнейшими участниками пикетов и митингов против планов бывшего министра обороны РФ перенести из города на Неве (а тем самым — фактически ликвидировать) Военно-Медицинскую академию, против повышения квартплаты и жилищно-коммунальных тарифов, против «реформы образования в направлении от общедоступности к платности», против нарушений и фальсификаций в пользу действующей власти на различных выборах.
Творчество Петрыгина-Родионова весьма популярно в сети Интернет — от Рамблера, Фонтанки.Ру, Газеты.Ру или сайта «Радио «Свобода» до социальной сети «ВКонтакте».
Популярно, ибо сделано по вкусу современной молодежной аудитории, составляющей социально активное большинство среди пользователей всемирной паутины, и с учетом всего нового, что несёт восприятию произведений изобразительного искусства информационный век. «Политический плакат имеет те же законы и особенности, что и любая реклама, — говорит художник. Она должна быть точна, умна и профессиональна. Политика — точно такой же товар, как и любой другой, и продавать его нужно эффективно, учитывая все особенности аудитории. Наши замечательные левые движения никак не могут понять того, что пока они делают свою рекламу в духе агитпроповской макулатуры (я не имею ввиду, разумеется, мастеров-классиков: Клуциса, Родченко, Моора, Дени, Маяковского, Тоидзе и др.) или печатают самопальные листовки, отвращающие своим видом от самых здравых идей, — дело их, конечно, правое, но гиблое. Власть умнее, хитрее и талантливее». Я думаю, Игорь Геннадьевич в своих оценках прав, и к мнению профессионала левым активистам стоит всерьёз прислушаться: «Тем или иным образом, правила воздействия политического плаката реализованы на телевидении, в печатных СМИ и интернет-пространстве. Собственно плакат в виде, скажем, передвижных выставок используется крайне мало, так как забыта или не понимается его роль и эмоциональная сила». Между тем, интерес к сатирически заостренному и неизменно актуальному виду изобразительного искусства — к политическому плакату — у граждан ничуть не меньше, чем к портретам именитых мастеров, выполненных зачастую в китчевой манере: просто, как считает художник, «потому, что всегда хочется правды, которую всегда нельзя». Подтверждает это суждение тот очевидный факт, что на сайте artlib.ru есть небольшая галерея плакатов Игоря Петрыгина-Родионова, которая по посещаемости занимает примерно сороковое место среди девяти тысяч авторских галерей.
При этом художник отнюдь не скрывает ни своего критического настроя к окружающему нас миру наживы, ни своих политических предпочтений и антипатий: «Может быть, плачевность итогов нашего плавания заключается именно в неправильном прочтении русской истории, в том, что президент идентифицирует свою персону с Петром Первым, в патриархе видит сподвижника императора — Феофана Прокоповича, а свои реформы считает равными петровским, не замечая разницы между реформами ради России и реформами ради себя, любимого, посредством России? Вместо науки, технологий и просвещения — сосание через трубу и тотальная дебилизация инструментами ЕГЭ на фоне декораций под названием «Сколково». Вместо интеллектуализации и свобод — вышибание мозгов дубинками, или на асфальт, или за границу. Вместо культуры — рвотный коктейль из похабщины, «бурановских бабушек» и пивного патриотизма. А вместо веры — выполнение Церковью госзаказа на невежество, покорность и агрессивность ко всему думающему. Не видеть разницы — ошибка, умышленно скрывать разницу — преступление…» Резко сказано, но за подобными оценками чувствуется боль за свою страну и её настоящее и будущее, присущая подлинному патриоту нашего Отечества.
Художник не питает иллюзий ни в отношении установившихся в нынешней России общественных отношений, ни в отношении пагубного влияния буржуазных порядков на судьбы русской культуры:
«Строй влияет на неокрепшие умы, в силу тщательно и намеренно извращаемой шкалы ценностей, хотя есть ощущение настающего отрезвления. Культура старательно подменяется попсой для лучшей управляемости, граждане — электоратом. Образование уничтожается на корню. Ещё Победоносцев, опасаясь народных бунтов, сказал в свое время: „Русскому человеку образование не надобно, ибо научает логически мыслить“».
Многогранному давлению окружающей среды художник противопоставляет стратегию личного сопротивления:
«На меня лично строй не влияет никак, разве что все чаще возникает чувство брезгливости. Я — стойкий оловянный солдатик».
И работы, выполненные мастером компьютерной графики, блестяще подтверждают эти слова. Есть среди них очень популярные, есть любимые самим Игорем Геннадьевичем: «По-своему дорог плакат „На все вопросы отвечает Ленин“ по поэме Андрея Вознесенского „Лонжюмо“, благодаря которому познакомился с великим поэтом, любимым с ранней-ранней юности». Ленинская тема в творчестве Игоря Петрыгина-Родионова своеобразно дополняется обращением к образу автора «Капитала», сурово экзаменующего нерадивых «двоечников» — либеральных экономистов Кудрина и Грефа…
«В России сейчас востребовано то, что можно дороже перепродать или что подходит под цвет рамы, а рама под цвет обоев, в лучшем случае, — говорит Игорь Петрыгин-Родинов.
Вообще же, картина в современном изобразительном искусстве, литературе, театре и кинематографе, на мой взгляд, достаточно удручающая. Идет самодостаточный и самодовольный поиск новых форм при явном неумении рисовать, писать и незнании нотной грамоты. Эстеты учат торжеству толерантных идей посредством какашек на холсте, почвенники — любви к родине при помощи канонизации портянки. Очень многое укладывается под симптомы и диагнозы учебников по психиатрии. Конечно, очень хочется верить, что „Россия вспрянет ото сна“, но боюсь повторения услышанного на выборах 1996 года от группы рабочих и пенсионерок, обсуждавших, почему надо голосовать за Ельцина: „Он наш, потому что он пьет.“ И „он такой красивый“… А в культуре будет все, как всегда. Как у Вознесенского: „Воюет с извечной дурью, для подвигов рождена — Отечественная литература, Отечественная война“. Не стоит забывать, что „дубина народной войны“ — величина в России постоянная. Еще намашемся…» Надежду на просвещение, на культуру, на русское слово, которые внесут свой вклад в одоление капиталистического варварства, художник связывает с той частью молодежи, которые и являются подлинными героями нашего времени: «Это молодой человек, который больше не идет за «Клинским», сколько его ни посылают с телеэкрана, не бегает строем или сжигает книги вместе с «Нашими», и никогда не переступит порог «Дома-2» или подобных мерзостных нацпроектов. У него уже крепнет иммунитет к вранью и идиотизму. Он многое понимает и видит. И сделает то, что должно. Поэтому господа (бывшие товарищи) в дорогих, но исторически неуклюжих костюмах так усердно пытаются не допустить его взросления и образованности. Потому что боятся его. И правильно делают». И этот страх власти высмеивается на плакатах Игоря Петрыгина-Родионова. «Красный вернисаж» продолжается. Его создатель — в самом расцвете своего дарования.
